|
|
That said, the fact that I grew up speaking Latvian meant that in February 1989, when I was working as a journalist for a television station in Kansas, I could get a phone call from my mother in which she said that she had been invited to teach English at the University of Latvia – the first year that the Soviet Union allowed foreigners to become instructors in higher education – but she had things to do in America and so could not, and I could reply to her, “Well, then you stay here, and I’ll go in your place.” Thinking back, I’m sure I don’t know what made me say that, but the upshot was that in September 1989 I came to Latvia and stayed for a whole year, teaching English not just at the university, but at lots of other places, helping with the work of the People’s Front of Latvia (the umbrella organization for the pro-independence movement), and staying very, very busy, indeed.
|
|
|
Тем не менее, тот факт, что я вырос в семье, где говорили по-латышски, означал, что в феврале 1989 года, когда я работал журналистом на телевизионной станции в Канзасе, мне позвонила моя мать и сказала, что она была приглашена преподавать английский язык в Латвийском университете - первый год, когда Советский Союз позволил иностранцам преподавать в высших учебных заведениях - но у неё дела в Америке и она не сможет, и я ответил ей: "Ну, тогда ты останешься здесь, а я поеду на твое место". Вспоминая об этом, не могу с уверенностью сказать, что заставило меня это сделать, но всё кончилось тем, что в сентябре 1989 года я приехал в Латвию и остался на целый год, обучая английскому языку не только в университете, но и многих других местах, помогал с работой Народного фронта Латвии (зонтичной организации, объединяющей движения за независимость), и был действительно очень, очень занят. 4 мая 1990 года я находился в здании Верховного Совета во время голосования об объявлении независимости. Я был в комнате рядом с залом для пленарных заседаний, и моя работа заключалась в переводе протоколов для большого числа иностранных журналистов, которые приехали туда по этому случаю. По мере того как голосование набирало необходимое количество голосов, я начал пристально разглядывать ковер, потому что знал, что если я с кем-нибудь встречусь глазами, я начну плакать от радости.
|
