|
|
Ситуация как в российском, так и в западном искусстве последних тридцати лет с наглядностью показала, что, во-первых, нет единой женской перспективы, что не всё женское искусство с необходимостью является феминистским, что современный „постфеминизм" тех, для кого феминистский контекст в искусстве остается значимым, существует в формах, значительно отличающихся от предшествующих. В более широкой перспективе феминистское искусство 70-х было своеобразным предупреждением о том, что модернизм с его обращенностью к формальным ценностям переживает заключительную стадию своего развития, чтобы в конце 80-х уступить место постмодернистскому отношению к искусству. Критики Норма Броуд и Мэри Д. Гаррард утверждают, что феминистское искусство и арткритика помогли инициировать течение постмодернизма. „Мы обязаны феминизму базисными основаниями постмодернизма: пониманием, что гендер конструируется с помощью социальных, а не природных механизмов; высокой оценкой искусства, которое нельзя отнести к разряду „high art", например, ремесел, видеоарта, перформанса; сомнениями, которые вызывает культ „гения"…, культивировавшегося в истории западного искусства; осознанием, что за видимостью „универсализма" лежат партикулярные мнения и интересы"*. Весь этот комплекс идей и представлений о разнообразии и неоднозначности явлений лег в основу современного искусства и арткритики, создав более благоприятные условия для реализации художниц. Заслугой кураторов Третьяковской галереи и художницы Наталии Каменецкой, возглавляющей Творческую лабораторию ИНО и составлявшей современную часть выставки „Искусство женского рода", является стремление представить все многообразие идей и способов воплощения в женском искусстве в экспозиции конца ХХ - начала ХХI века.
|